Спортсмены-олимпийцы. Победители Олимпийских игр

 

Людмила Ивановна Турищева

 

Биографическая справка


Многократная чемпионка СССР, Европы и мира; абсолютная чемпионка Олимпийских игр; победительница соревнований на Кубок мира
Людмила Ивановна Турищева родилась 7 октября 1952 года в Грозном.


Начало спортивной карьеры, личные качества спортсмена


Очень красивая, пластичная девочка, она занималась в балетной студии, но стать балериной ей было не суждено. В четвертом классе ее заметил Ростороцкий и взял в свою группу. Ничего удивительного в том, что такой известный тренер обратил внимание на Людмилу, не было. В этой девочке красота и необыкновенное изящество сочетались, что бывает довольно редко, с настоящим бойцовским характером, без которого нет и не может быть большого спортсмена.
Расставание с балетом было для Людмилы весьма безболезненным, но постепенно гимнастика стала главным делом ее жизни. Повезло ей, конечно, и с тренером, хотя Ростороцкий меньше всего напоминал собою доброго дядюшку, с ласковой улыбкой любующегося своей красивой и изящной воспитанницей. Резкий, а зачастую просто грубый, он считал правым только самого себя, и работать с ним было трудно. Говоря откровенно, очень многие специалисты именно по этой причине считали его далеко не самым выдающимся тренером и мало верили в то, что с таким характером он сможет вырастить что-нибудь стоящее. Слишком уж резок бывал он со своими воспитанницами и, как казалось многим, даже не имел представления о том, что, помимо кнута, в мире есть еще и пряник. Ну а то, что его сложный и жесткий характер во многом, если не во всем, объяснялся его страстным желанием не только подготовить чемпионку на многие годы, но и воспитать гимнастку, близкую к сложившемуся у него идеалу, никого не волновало. И когда у него появилась способная воплотить этот идеал в жизнь Людмила, он отдавал ей все свои знания и душу.
Начинавшая понимать устремления Ростороцкого, Людмила не обижалась на него и, уже став признанной во всем мире, совершенно искренне скажет, что не мыслит себя с другим тренером. В Ростороцком она видела то, чего в нем не замечали или не хотели замечать другие, и по-настоящему привязалась к нему. Однажды, когда после недельной разлуки Ростороцкий появился в зале, Людмила, даже не закончив упражнение, чего с ней никогда не случалось, соскочила с бревна и бросилась ему на шею. Кто знает, не были ли эти искренние объятия лучшей наградой самому строптивому тренеру советской спортивной гимнастики за его огромный труд. Более того, прошедшая школу такого большого тренера, каким, несомненно, являлся Ростороцкий, она вообще считала роль воспитателя решающей, и когда ее много лет спустя спросили, чего бы она в первую очередь пожелала своей дочери, задумай она пойти по ее стопам, Людмила не задумываясь ответила: «Хорошего тренера!»
 Но все это будет потом, а пока Людмила работала так, что в высшей степени требовательный Ростороцкий даже при всем своем желании не мог ни в чем упрекнуть ее. Воспитывая в ней победный дух, он постоянно убеждал ее в том, что она самая сильная, а случавшиеся с нею неудачи всего лишь издержки производства и не стоят того, чтобы из-за них переживать. Он разрабатывал отличавшиеся ювелирной точностью упражнения, любое отступление в которых даже на доли сантиметра могло закончиться трагически, и Людмила месяцами шлифовала их. Да и как иначе можно выполнить два кувырка без рук на бревне или выход в стойку после серии «вертушек» на брусьях! Ведь Ростороцкий хотел не только утверждать, но и изумлять.
Он добился своего, и после блестящего выступления Турищевой на том самом Кубке СССР, с которого мы начали наш рассказ, многие критики Ростороцкого приутихли. Но не замолчали. Им очень хотелось верить, что этот успех — всего лишь мимолетная вспышка, что пройдет еще несколько соревнований — и все станет на свои места. Но познавшим вкус победы Ростороцкому и Людмиле было не до злопыхателей; они продолжали делать свое дело, и Людмила, прекрасно понимавшая, что только упорный труд является залогом будущих побед, работала не за страх, а за совесть
Свой рабочий день она начинала ранним утром с пробежки по парку, затем долго разминалась, ну а днем начинались уже настоящие тренировки. Более того, Людмила тренировалась даже тогда, когда общих тренировок не было, и, глядя на нее, многие молодые гимнастки посмотрели другими глазами на свою жизни в спорте. Как вспоминала другая наша блестящая гимнастка, Ольга Карасева, работать рядом с Людмилой вполсилы было просто неприлично. Уже тогда сказалась и еще одна черта сильного характера Турищевой: она очень любила одиночество и вечерами подолгу гуляла в горах, любуясь восхитительными закатами. Но ее страсть к уединению вовсе не означала замкнутости и нелюдимости. Просто такие прогулки очень помогали ей расслабиться и отдохнуть.
На Кубок Советского Союза 1967 года Владислав Ростороцкий приехал со своей новой воспитанницей, и она сразу же привлекла к себе повышенное внимание. Она была красива, гибка, женственна, на нее приятно было смотреть. Но Ростороцкий, верный себе, то и дело делал ей на разминке резкие замечания, а когда она чуть не свалилась с бревна, устроил ей такой разнос, что девушка заплакала. Но вот Людмила, как звали молодое дарование, выиграла, и Ростороцкого словно подменили — он улыбался даже судьям, на которых совсем еще недавно шипел так, что его не совсем корректные замечания были слышны во всем зале. А не успели отзвенеть победные фанфары, как он, не дав своей воспитаннице насладиться плодами победы, сразу же отправился вместе с ней в. Грозный. Работать.
В Мехико Людмила поехала отнюдь не лидером, и ей пока еще было сложно соперничать с великолепной Наташей Кучинской. Все внимание журналистов было приковано, конечно же, к этой очаровательной девушке, которую тут же прозвали «Невестой Мехико». Что же до Людмилы, то она старалась держаться подальше от всех этих тусовок с бесконечными интервью и фотовспышками. Для нее слова значили мало. О себе надо заявлять на помосте — так она считала. Но вот на нем-то дела у нее как раз и не пошли. Сказывалось огромное волнение, и даже она, человек сильный и выдержанный, то и дело бледнела от охватывавшего ее непомерного напряжения. В конце концов это напряжение нашло выход — после совершенной ею ошибки Людмила так расплакалась, что подруги по команде очень долго не могли успокоить ее.
Но переживать она будет не только за себя. Когда Кучинская вдруг сорвалась с брусьев, на Людмиле лица не было. Она всегда будет болеть за свою команду, которая станет для нее святыней, и не случайно Карасева, хорошо знавшая Людмилу, прежде всего отмечала ее необыкновенную честность. Ну а в Мехико она заплачет еще раз: после того как Кучинская закончит свое последнее упражнение и на табло зажгутся цифры, делающие советскую команду чемпионом. Да, она стала чемпионкой, но все же полного удовлетворения, наверное, не было: Людмила, хорошо знавшая свои силы, мечтала о собственных медалях! И уже на следующем первенстве мира в Любляне она доказала всем, что в мировой гимнастике появился новый лидер, с которым теперь придется считаться всем. И хотя после ухода блистательной Кучинской в команде оставались великие Лариса Петрик, Ольга Карасева и Зинаида Воронина, будущее быстро шагавшей вперед гимнастики связывали уже с Турищевой, заметно превосходившей своих старших подруг и в сложности, и в технике исполнения. А вот быстро прогрессировавшая Любовь Бурда и уже начинавшая творить на помосте чудеса Ольга Корбут ей легкой жизни не обещали. Можно себе представить, в каком она была обязана находиться тонусе, чтобы быть первой.
На чемпионате СССР 1969 года Людмила выступала прекрасно, и только досадное падение с бревна не позволило ей стать абсолютной чемпионкой. Как это ни печально, но свалилась она с него после придуманного Ростороцким кувырка, который должен был стать подлинным откровением. Однако даже после такой неудачи Ростороцкий не подумал отступать и продолжал свои рискованные эксперименты. Верила в них и Людмила, которая все свои надежды связывала теперь с очередным чемпионатом Европы. Но увы, она допустила несколько неточностей, и ей пришлось довольствоваться лишь третьим местом. Против Ростороцкого выступил весь тренерский совет, но тот и слышать не хотел о замене придуманных им для Людмилы сверхсложных элементов и продолжал доказывать, что только с ними можно думать о победе над знаменитой немецкой гимнасткой Карин Янц, задававшей тогда моду в мировой гимнастике. Чемпионат Европы семидесятого года в Любляне стал для Людмилы своеобразным моментом истины. Вряд ли бы ей простили новые провалы, она была обязана победить и доказать правоту своего тренера. Она доказала ее, и всем стало ясно, что на гимнастический трон взошла новая королева.


Звездный час


Олимпийский игры в Мюнхене стали бенефисом советской сборной, и особенно захватывающим получились спор за звание абсюлютной чемпионки в многоборье и розыгрыш медалей в отдельных видах, когда в спор двух признанных королев — Турищевой и Янц вмешалась Ольга Корбут. Борьба была упорной, победу могли решить какие-то сотые балла, нервы у всех участниц были напряжены до предела. Первой страшного напряжения не выдержала более молодая Корбут, а после того, как набравшая одинаковое количество баллов с Людмилой немка получила 9,7 балла в своем последнем упражнении на брусьях, все зависело только от выступавшей с вольными упражнениями Турищевой. И Людмила совершила чудо, которого от нее ждали, получив за свое проникнутое необыкновенным лиризмом блестящее выступление 9,9!
Затем последовала убедительная победа на очередном чемпионате мира, и в 1974 году Людмила была признана советскими журналистами лучшей спортсменкой года. В том же году она закончила ростовский педагогический институт и приступила к работе над кандидатской диссертацией на весьма актуальную во все времена тему: «Психология спорта». В олимпийском семьдесят шестом Людмиле исполнилось двадцать четыре года, возраст для стремительно молодевшей гимнастики весьма почтенный, и она постоянно ощущала горячее дыхание идущих за ней молодых гимнасток. Появились звезды и в других сборных, и самой яркой из них была несравненная румынка Надя Команечи, которой прочили победу в Монреале.
Словно сговорившись, западные газеты публиковали портреты улыбавшейся румынки, а рядом с нею понурых Турищевой и Корбут. Но на такого прирожденного бойца, как Людмила, подобные уколы не действовали, она верила в себя и без борьбы свой трон уступать не собиралась. И все же начало было за румынкой. Турищева набрала в обязательной программе почти на бал меньше неудержимо рвавшейся вперед Команечи, и журналисты в один голос заговорили о вступлении на престол новой королевы. Команечи выступала блестяще, зачарованные ее удивительным мастерством судьи пять раз показывали ей самую высшую оценку. Но даже здесь не обошлось без сенсаций, в ее спор с Турищевой неожиданно для всех вмешалась Нелли Ким, которая в упорнейшей борьбе сумела опередить в опорном прыжке и Команечи, и Турищеву. А в вольных упражнениях ситуация сложилась еще более интригующе. Турищева сумела-таки обойти великолепно выступившую румынку и, чтобы обыграть ее, Ким было необходимо получить десять баллов.
Надо ли говорить, с каким волнением Людмила следила за выступлением своей молодой подруги, и когда та сотворила чудо и получила столь необходимые ей десять баллов, она первой поздравила Нелли. Конечно, к радости за подругу примешивалась и огромная грусть, ведь это было последнее выступление Людмилы на Олимпийских играх, и, конечно, ей очень хотелось завершить его победой. Потому и стояли в ее печальных глазах слезы. И когда какой-то потерявший чувство меры журналист стал задавать не совсем этичные вопросы, Людмила и здесь с достоинством вышла из неловкого положения. «Неужели так сложно понять,— сказала она,— что эти слезы есть не что иное, как мое прощание с гимнастикой?» Как только она произнесла эти слова, воцарилась тишина. Никому из присутствующих не хотелось верить в то, что они уже больше никогда не увидят на помосте эту красивую, сильную женщину, сумевшую покорить сердца всех, кто ее видел.


Передача опыта


Людмила сдержала свое слово и ушла из большого спорта. На следующий год она вышла замуж за Валерия Борзова, с которым была знакома еще по работе в ЦК комсомола, хотя ухаживать за Людмилой Валерий стал лишь в Монреале, пригласив ее в кино. Ну а потом последовали бесконечные телефонные звонки, знаменательная встреча Нового года в горах и, наконец, свадьба. Но из гимнастики Людмила Ивановна, конечно, не ушла. Она стала работать главным тренером киевского «Динамо» по гимнастике и возглавила Федерацию гимнастики Украины, А вот ее дочь Татьяна пошла по стопам отца и стала кандидатом в мастера спорта по легкой атлетике. Была ли огорчена таким выбором сама Людмила Ивановна? Кто знает, ведь слишком уж ко многому обязывала фамилия, которую она носит.




© Olimpic.su. При использовании материалов обязательна ссылка на сайт