Спортсмены-олимпийцы. Победители Олимпийских игр

 

Константин Борисович Цзю


Биографическая справка


Первый российский абсолютный чемпион по боксу
Константин Цзю родился 19 сентября 1969 года в городе Серове в Свердловской области
В переводе с корейского не совсем обычная для россиянина фамилия Кости переводится как Краснов. Правда, в его роду чистокровным корейцем был лишь прадед Иннокентий, попавший в Россию из Китая. Его дед уже не знал по-корейски ни единого слова и был слушателем высшего артиллерийского училища в Севастополе.
В тридцатые годы он был арестован из-за замешанного в деле Тухачевского брата и сослан на Урал. После освобождения он не захотел никуда переезжать и остался в Свердловске.


Начало спортивной карьеры, личные качества спортсмена


Костя рано стал заниматься боксом и подавал определенные надежды. Им было суждено сбыться: в течение нескольких лет Константин входил в состав сборной СССР и в 1991 году в Брисбене стал чемпионом мира среди любителей. Ему последовало весьма заманчивое предложение перейти в профессионалы, и он с готовностью согласился. Уже достаточно искушенный в боксе, он не сомневался, что сумеет проявить себя и на профессиональном ринге. Хотя по тем временам членство в сборной СССР означало и прекрасные залы, и научные бригады, и великолепных тренеров, и хорошее питание...
Когда Костя впервые вошел в боксерский зал Ньютаунского клуба, сравнение было далеко не в его пользу. Хотя, конечно, были и свои плюсы. И прежде всего это касалось экипировки. Трудно себе представить, но тем не менее это так — все свои бои в любительском боксе Костя провел с одними и теми же бинтами, что очень отрицательно сказывалось на здоровье боксера. И хотя его самого Бог миловал, он много раз видел, как то и дело «летели» суставы его товарищей по ремеслу.
В Австралии все было иначе, и бинты были прекрасные, и прокладки, а тренировка рук велась по взятым из кунг-фу специальным программам. И все же главное было не в этом. Вся беда, по словам Кости, была в том, что в СССР с его уравниловкой во всем в подготовке любого боксера господствовал командный метод и боксеры совершенно разных направлений и стилей тренировались одинаково. Правда, уже тогда сам Костя делал только то, что считал для себя полезным, благодаря чему и сумел стать единственным в советской команде чемпионом мира в 1991 году.
Ну и, конечно, дамокловым мечом висели над боксерами длительные нудные сборы и постоянная перетренированность. Костя все время чувствовал себя усталым и не испытывал никакого желания выкладываться на тренировках, что самым отрицательным образом сказывалось на соревнованиях. И он уже тогда считал, что намного лучше подойти к любому ответственному турниру недо-тренированным, нежели усталым и, как следствие, равнодушным.
Конечно, жизнь за границей накладывала свой отпечаток, и в отсутствие тренеров-погонял существовала реальная опасность недорабатывать. Но Косте подобное не грозило, и он продолжал трудиться так, как трудился всегда, и бегал по утрам уже порядком надоевшие кроссы. Только теперь он бегал не в снег, а под дождем. Более того, он заставлял бегать вместе с собой и жену Наташу, которая чуть было не потеряла сознание после первой же пробежки. Но Костя вывел ее и на следующее утро, и теперь она пробегает вместе с ним по десять километров и отжимается от пола.
Он очень тосковал по России и первое время часто посещал русский клуб. Но как только к нему приехали родители и сестра с семьей, стало намного легче. Ну и, конечно, огромную радость доставляют Косте его четверо детей, в которых он души не чает. А вот новых друзей он себе так и не завел и предпочитает общаться со своим массажистом и вторым менеджером.
С первым у него отношения не сложились. Ведь именно Билл Моурди, который и вывез Костю в Австралию, совершенно беззастенчиво воспользовался доверчивостью Кости и его незнанием языка и подсунул ему бумаги, отражавшие, как уже очень скоро выяснилось, в первую очередь его собственные интересы. Конечно, начав постигать царившие в боксерском бизнесе законы и говорить по-английски, Костя возмутился. Но хотя подписанные им условия и на самом деле оказались грабительскими, вылезти из этой ситуации оказалось не так-то просто: что бы там ни говорил сам Костя, на договоре стояла его подпись.
У Кости оставался только один шанс сбросить с себя это иго: стать чемпионом мира и диктовать свои условия. Свой первый бой на профессиональном ринге он провел 1 марта 1992 года против Дэрелла Хайлза. И с этим боем связана прямо-таки анекдотичная история. Перед началом первого раунда тренер попросил Костю не выкладываться сразу. Но плохо понимавший по-английски Костя все понял наоборот и через минуту нокаутировал своего соперника.
Затем последовал очень напряженный десятираундовый поединок с экс-чемпионом мира Ливингстоном Брэмелом. Косте пришлось изрядно потрудиться, и он выиграл только по очкам. Конечно, ему очень хотелось получить золотой пояс чемпиона мира в своем весе хотя бы по одной из мировых версий, и 28 января 1995 года такой случай ему представился. В тот день он вышел на ринг против чемпиона мира в первом полусреднем весе по версии IBF Джейка Родригеса. Это было серьезное испытание для Кости, не раз и не два он висел буквально на волоске после жесточайших атак чемпиона, и тем не менее сумел не только выстоять, но и победить в очень напряженном четырнадцатираундовом бою.
Эта прекрасная победа сразу же вскружила голову Косте, и первым делом он послал к черту Моурди. Но... Австралия не Россия, и законы там действуют. Моурди подал в суд, и тот принял его сторону. С Биллом он, конечно, расстался, но дело далеко еще не закончено, Моурди не собирается отступать, а на Костю могут повесить неустойку в четыре миллиона долларов, и чем вся эта эпопея закончится, пока не может сказать никто. Говоря откровенно, Костя всей душой ненавидит деловую и притом грязную сторону профессионального бокса, где заправляющие им люди готовы на все, лишь бы заработать свои миллионы. А посему заглядывает в нее только по необходимости.
После победы над Родригесом Костя впервые в жизни по-настоящему понял, что значит быть чемпионом мира. Он продолжал выигрывать, слава его росла, а вместе с ней росли и гонорары. Делами Кости к этому времени стал заведовать бывший одессит Воробейников, или, как он теперь назывался, Влад Уортон, много лет проживший в Австралии.
Целых два года Костя наслаждался лаврами чемпиона, пока не уступил свой титул в мае 1997 года американцу Венсу Филлипсу, получив от бывшего наркомана нокаут в десятом раунде. Но надо отдать ему должное: виноватых на стороне он не искал и видел причины поражения только в себе самом. У него были проблемы с весом, поскольку он ошибся с питанием и принимал противопоказанные ему препараты для снижения веса. Более того, он крайне непрофессионально отнесся к делу и был за это наказан самым жестоким образом, каким только может быть наказан профессиональный боксер такого уровня.
И дело было не только в нокауте, проигрыш весьма среднему боксеру изрядно попортил его имидж, началась черная полоса. Куда-то сразу подевалась любовь публики, перестали поступать выгодные предложения, а вместе с ними прекратил расти и счет в банке. Но опускать руки Костя не собирался, он быстро набрал форму и неоднократно предлагал Филлипсу встретиться с ним еще раз, но всякий раз его команда выдвигала неприемлемые финансовые условия и уклонялась от реванша.
Ну а пока суд да дело, в ноябре 1998 года Костя встретился в первом среднем весе с кубинцем Диобелисом Уртадо и завоевал титул так называемого временного чемпиона по версии WBC. Правда, здесь была целая детективная история. Считавшийся претендентом номер два на вакантный титул чемпиона мира, Костя должен был драться с фаворитом в полусреднем весе мексиканцем Гонсалесом, поскольку после того, как Оскар Де Ла Хойя перешел в следующую весовую категорию, WBC не имела своего чемпиона в этом весе. Однако Гонсалес сказался больным, и Косте подыскали этого самого кубинца.
Силы оказались неравными, Костя нокаутировал своего соперника в первом же раунде и стал временным чемпионом. Ну а полноценным чемпионом он мог стать только после своей победы над поправившимся чемпионом. И вся беда Кости была в том, что, на свое несчастье, он сам являлся своим промоутером, за ним не стояла ни одна крупная телевизионная компания, и ни одна акула промоутерского бизнеса и пальцем не пошевелила для его продвижения наверх. В то время как тот же Гонсалес имел мощное покровительство в лице президента WBC Хосе Сулеймана, прекрасно понимавшего, что у его соотечественника нет никаких шансов на победу в бою с Костей.
Конечно, отсутствие опытного промоутера наряду с положительной стороной (тебя никто не обирает на самых что ни на есть законных основаниях) имело и свои минусы. Как-никак, а солидный промоутер — это очень сильная поддержка на любых уровнях и защита от вмешательства нежелательных элементов. И все же подобная ситуация не могла длиться вечно. В августе 1999 года Костя встретился с Гонсалесом и... с большим удовольствием выместил на нем накопившееся за эти два года неудач возмущение. Он изрядно избил мексиканца, но нокаутировать его так и не смог.
Победа принесла ему чемпионский пояс по версии WBC, но былой славы так пока и не вернула, поскольку слишком многие еще помнили о нокауте от Филлипса. И хотя ему не очень-то хотелось встречаться с уже основательно потускневшей звездой, тем не менее Костя очень надеялся на то, что победа над легендой профессионального бокса Чавесом сыграет свою роль в его реабилитации. По его мнению, Чавес уже давно должен был повесить перчатки на гвоздь, поскольку добился на ринге всего, а его время безвозвратно ушло. Правда, сам тридцативосьмилетний Чавес очень серьезно готовился к бою с Костей и пообещал «разобраться» с ним где-нибудь в 7—8 раунде. И непременно нокаутом.
Четырнадцатитысячный зал встретил овацией своего любимца и весьма недовольно отреагировал на появление Кости. Но вот прозвучал гонг, и бой начался. Первые два раунда прошли в совершенно равной борьбе, и, глядя на прекрасно державшегося Чавеса, можно было поверить в то, что он и на самом деле переживает вторую молодость. Но уже в третьем раунде разница в возрасте началась сказываться и преимущество Кости становилось все ощутимее. Переломным стал пятый раунд, в котором Цзю уже всерьез взялся за дело и принялся гонять тяжело дышавшего Чавеса по рингу. В шестом раунде один из его жестоких ударов достиг цели, и Чавес оказался на полу. Он поднялся и через силу улыбнулся, показывая рефери, что все в порядке. Судья продолжил бой, но уже через двадцать секунд остановил его. Слишком уж мощными были атаки Кости, и, не вмешайся он в схватку, дело непременно кончилось бы нокаутом. А легенду надо было спасти от позора!
И все же дело было не только в возрасте, чего-чего, а технического мастерства и опыта у Чавеса хватило бы еще на троих. Просто Костя очень внимательно изучил манеру его действий и в соответствии с этим построил свой бой. Хотя несколько сильных ударов он все же пропустил. Конечно, Костя прекрасно понимал всю условность своей победы и тем не менее сказал: «Когда я был любителем, мой противник уже стал чемпионом мира, и для меня огромная честь встретиться на ринге с легендой профессионального бокса, проведшим более ста боев».
Особых дивидендов эта победа Косте не принесла: слишком уж многие посчитали его соперника чересчур постаревшим. А добиться былого уважения избиением пожилых было сложно. И Косте снова пришлось как следует поработать в очень серьезном бою за звание чемпиона мира по версии IBF с американцем Шармбой Митчеллом, а затем защищать уже завоеванный титул в тяжелейшем поединке с турком Октаем Уркалом. Только после этого воз сдвинулся с мертвой точки, и на Костю снова стали смотреть так, как смотрели несколько лет назад.
Впрочем, иначе уже и быть не могло! Костя сделал то, что не удавалось еще никому: выиграл все, что только можно, и стал основным претендентом на звание абсолютного чемпиона по всем трем версиям в том самом бою, с которого мы и начали наш рассказ. И теперь между ним и третьим золотым поясом стоял уже появившийся на ринге любимец местной публики Забу Джуда.
Едва раздался гонг, он сразу же попытался использовать свой главный козырь — скорость — и пошел вперед. Ему удалось загнать Костю в угол и наградить несколькими довольно болезненными ударами. Казалось, еще немного, и очень уверенно чувствовавший себя американец сдержит свое слово и уложит Костю. Но не тут-то было! Выдержав первый натиск, тот сумел уйти из-под сыпавшихся на него мощных ударов и войти в спасительный клинч.
Второй раунд не изменил картины боя. Джуда бегал по рингу и атаковал, а Костя срезал углы и время от времени контратаковал. Как это ни печально, он и второй раунд проигрывал практически вчистую. И тем неожиданнее оказалась развязка. Почувствовав себя полным хозяином ринга, Джуда отбросил в сторону всякую осторожность и решил покончить с Костей.
В одной из атак он непростительно открылся и... оказался на полу. Таких ошибок Костя не прощал, и его правый аперкот в считанные доли секунды нашел челюсть противника. Джуда сумел подняться и, сделав несколько неверных шагов, снова упал. Судья Джей Нейди не стал открывать счет и объявил победу Кости техническим нокаутом за секунду до окончания раунда. Конечно, лишенные уготованного им пиршества зрители были недовольны, а пришедший в себя Джуда бросился на рефери с кулаками. А когда ему не удалось дотянуться до Нейди, он запустил в судью стулом.
«Идиот,— кричал он,— почему ты остановил бой? Я мог еще драться!» Но все было напрасно, и зрителям не оставалось ничего другого, как только поздравить абсолютного чемпиона мира Константина Цзю. «Стать абсолютным чемпионом мира,— сказал он еще до поединка,— написано мне на роду!» А став им, он заявил: «Это моя судьба! Но я сам сделал ее своими упорными тренировками. Теперь я стал частью истории!»
И как бы ни сложилась его дальнейшая карьера, он на самом деле стал этой самой частью и первым российским абсолютным чемпионом мира на профессиональном ринге. Почему российским? Да только потому, что Костя и по сей день считает себя русским и выражается на этот счет совершенно однозначно: «Национальность — это язык, на котором думаешь. А я думаю по-русски».




© Olimpic.su. При использовании материалов обязательна ссылка на сайт